Картина маслом: московская «однушка», цветы на подоконнике, синтезатор у кровати, барабанная установка у шкафа, стойка с микрофонами в прихожей. А на первом плане — профессиональные музыканты, записывающие живой лайв для промо трека «На последней станет легче» Юли Суворовой.
Зачем это всё? С какими сложностями столкнулась команда, которая добровольно променяла студию на бытовые условия? И главное — какого качества звука можно добиться в такой обстановке? На эти вопросы нам ответили герои и организаторы эксперимента — звукорежиссёр Валерий Бадьянов, а также муж Юли и по совместительству клавишник и музыкальный продюсер коллектива Даниил Дражников.
Идея записать живой лайв в квартире была хоть и спонтанной, но осознанной. Такие проекты часто рождаются из ограничений — бюджета, времени, задач промо. Но здесь к практичности добавилась творческая цель.
"Мы думали насчёт профессиональной студии, но решили, что гораздо интереснее чуть сильнее заморочиться и записать лайв в тех условиях, в которых мы писали альбом".
— делится Даниил Дражников.
Звукорежиссёр Валерий Бадьянов посчитал задумку неплохим компромиссом и интересным творческим решением:
"Изначальная задумка — абсурд, но мы увидели в ней особый стиль: очень крутые музыканты записываются в абсолютно не соответствующих их уровню условиях. Барабаны около домашнего шкафа, LV1 в прихожей, несколько IOX под столом — и всё это в однушке".
Основная сложность таких проектов — шум: как собственный, так и окружающий. Одна только бочка барабанной установки отчётливо слышна на 5 этажей вверх и вниз.
"Юля в тот день специально купила несколько тортиков, чтобы договориться с соседями".
— вспоминает Валерий.
Даниил добавляет, что подготовка началась за месяц: самых ближайших соседей предупредили, и в день съёмок они специально уехали.
"Формально мы никаких законов не нарушали, но чисто по-человечески на постоянной основе так делать нельзя".
Второй вызов — акустика. У команды было три самодельные звукопоглощающие панели, но они лишь немного убрали сильные отражения от стен, не более того.
"Боюсь, главным поглотителем была кровать".
— шутит Валерий Бадьянов.
Третьей проблемой стала организация всего и вся. Нужно было определиться с песней, понять, реально ли вообще её записать в таких условиях, переаранжировать её под музыкантов, встретиться с каждым из них по-отдельности, утвердить партии.
"Совместных репетиций у нас не было, потому что собрать самых топовых музыкантов, играющих у разных артистов, в одно время и в одном месте практически нереально".
— делится Даниил Дражников.
Валерий добавляет:
"Во всей этой истории мы были сами себе заказчиками — а значит все детали тоже были на нас. Я сам себе же заполнил райдер, чтобы учесть все мелочи и не допустить проколов, которые могли бы на часы затормозить процесс. Но у нас всё получилось. Отдельную благодарность тут стоит сказать Наилю, который выполнил роль техника и помог всё засетапить, а также Алексею Слепушкину и Сергею Мясникову за часть оборудования".
Валерий Бадьянов подчёркивает: для получения качественного звука в бытовом помещении первым делом нужно забыть о том, что потом можно всё поправить.
"Если акустический инструмент звучит так себе, вариантов затриггерить или пересобрать на постпродакшне просто нет. В одном вокальном микрофоне в таком конфиге собирается очень много информации от барабанов, там даже нейронки пасуют.
Даниил на сведении так и поступил — воспользовался тем, что есть. Насколько знаю, тембральные коррекции были минимальными. Здесь уже нужно упомянуть феноменальное умение барабанщика Марата настраивать свой инструмент и звучать сразу хорошо".
В «однушке» для сложного сетапа просто нет места, так что команда пошла по пути минимализма – в том числе по коммутации.
"Мы взяли Digigrid IOX, Digigrid IOS и консоль LV1. Можно было записать просто в ноут, но тогда мы бы потратили больше времени на саундчек.
На LV1 у меня есть готовая сцена под такие ситуации, а проекты в DAW так или иначе собираются почти с нуля. Вопрос оперативности тоже стоял остро, а консоли хоть и менее гибкие, но позволяют быстрее адаптироваться под изменения звучания.
На оверхэдах и хэте у нас стояли узкомембранные микрофоны СОЮЗ: 013 и 011. На вокале — ещё не вышедший тогда динамический СОЮЗ V-1.
"Много инструментов записывали в DI-box, что-то напрямую в Digigrid D. Ну и кое-что из Beyerdynamic и Audio-Technica на малом барабане".
— рассказывает Валерий.
Микрофоны СОЮЗ стали фундаментом звучания этого лайва.
Валерий Бадьянов уже не раз отмечал, что 013 серия для него — понятный и контролируемый баланс:
"Эти микрофоны звучат не слишком прозрачно, не перебарщивают с мягкостью. Мне нравятся такие оверхэды и хэт — я в целом не фанат подзвучивания хэта близко".
Что касается долгожданной новинки — первого динамического микрофона СОЮЗ — то со своей задачей он справился на отлично (несмотря на то, что в проекте участвовал лишь прототип).
"Нам было важно, чтобы Юлин голос звучал красиво, а этого получилось добиться без проблем".
— отмечает Даниил Дражников.
Валерий добавляет:
"Задачу на вокале он выполнил. У него есть свои полезные преимущества.
Интересно, что он достаточно легко разгоняется по громкости".".
Кстати, для Даниила этот проект был первым опытом сведения лайва, и простота последующей обработки исходников его впечатлила:
"Весь процесс шёл как-то интуитивно. Мне кажется, этого достаточно, чтобы заявить, что микрофоны себя проявили идеально".
Валерий подтверждает:
"Даня на сведении пользовался тем, что есть. Тембральные коррекции были минимальными".
Главный урок, который вынесла команда проекта, — не столько про звук, сколько про опыт и взаимодействие.
Валерий Бадьянов советует:
"Берите в команду тех, кто понимает и свою задачу, и смежные процессы".
А Даниил Дражников добавляет, что важно построить хорошие отношения с соседями.
— отмечает он."Это сложнее практически по всем параметрам, включая финансовую составляющую. Но опыт бесспорно крутой и запоминающийся",
